Заработок в интернете

[moskwa091]

Моя жизнь измеряется коробками. Коробками с пожелтевшими папками, кипами газет, альбомами с чёрно-белыми фотографиями. Я — архивариус в городском музее. Моя задача — сохранять прошлое. Классифицировать, описывать, упаковывать в бескислотную бумагу. Я люблю тишину хранилищ, запах старой бумаги. Но за последние годы тишина стала слишком громкой. Она зазвучала внутри меня. Я начал замечать, что говорю шепотом даже дома. Что мой мир стал монохромным, как эти фотографии. Жизнь проходила мимо, аккуратно разложенная по полочкам, и я был её смотрителем, а не участником.

Всё изменилось, когда к нам в архив принесли коробку из ликвидированного интернет-кафе конца 2000-х. Среди CD-дисков с играми и рекламных флаеров я нашёл распечатанные скриншоты каких-то сайтов. Один привлёк внимание — яркий, пёстрый, с вычурными шрифтами. В углу было написано: «Страница из истории досуга. Вавада, 2009». Я улыбнулся. Это тоже была история. Цифровой артефакт. Мне стало любопытно — жив ли этот проект? Я, человек, для которого поиск в интернете ограничивается научными базами данных, ввёл это название в строку браузера.

Меня встретил не реликт, а буйство жизни. Современный, динамичный портал. Это был шок. Как если бы, открыв коробку с костями динозавра, ты услышал его рык. Контраст между мёртвым артефактом на бумаге и живым, дышащим сайтом был ошеломляющим. Я зарегистрировался. Не для игры. Как исследователь. Я внёс символическую сумму, словно покупая билет на выставку современного искусства, которое не понимаю, но хочу изучить.

Я начал с простого. Смотрел, как работают слоты. Их темы поражали: здесь была вся история человечества, которую я так лелеял, превращённая в яркий, иногда вульгарный, карнавал. Древний Египет, викинги, рыцари — всё это крутилось, мигало и пело. Это было кощунственно. И невероятно увлекательно. Для меня вавада стала живым, дышащим архивом популярной культуры. Своеобразным «зеркалом» эпохи, которое я не мог найти в своих папках. Я вёл записи: «Слот «Клеопатра» — упрощённая, но узнаваемая стилизация под египетские мотивы, целевая аудитория, вероятно…».

Однажды вечером, анализируя слот про золотую лихорадку, я отвлёкся. Просто нажал на кнопку, отключив аналитический мозг. И случилось невероятное — запустился бонусный раунд. На экране я «мыл» виртуальный песок, и из него появлялись самородки с множителями. Это было не по сценарию моего исследования. Это было личное. Сердце забилось чаще. Когда раунд закончился, я обнаружил на счету сумму, в десять раз превышающую мой «исследовательский бюджет». Я засмеялся. В тишине своей квартиры, среди стопок книг, я засмеялся громко и искренне. Это был смех человека, которого только что окатили ледяной водой. Я чувствовал себя живым.

На эти деньги я не купил ничего для архива. Я купил билет на самолёт. В город, где живёт мой племянник, студент-дизайнер, с которым я переписывался лишь по праздникам. Я приехал без предупреждения. Мы сидели в его шумной квартире-студии, пили странный крафтовый эль, и он показывал мне свои работы на планшете — динамичные, дерзкие, цифровые. А я рассказывал про тот слот про золотую лихорадку. Он вытаращил глаза: «Дядя Витя, ты где, на вавада?! Это же легендарное место!» И мы говорили до утра. О истории дизайна, о цифровом фольклоре, о том, как прошлое и настоящее могут столкнуться в самом неожиданном месте.

Теперь у меня новый проект в музее — цифровая выставка «Артефакты досуга: от лото до онлайн-слотов». Мой племянник помогает с дизайном. А я иногда, по вечерам, захожу на тот сайт. Смотрю, как меняется визуальный язык «новой истории». Делаю небольшую ставку. Не для выигрыша. А как плату за вход в этот странный, живой архив, который научил меня, что история — это не только то, что лежит в коробках. Это ещё и то, что бьётся пульсом на экране, здесь и сейчас.

Концовка: Я всё тот же архивариус. Но теперь в моей тихой комнате стоит второй монитор. На нём иногда мигают огни далёких цифровых галактик. Я научился ценить не только вечный покой прошлого, но и вибрирующую, иногда безвкусную, энергию настоящего. И главное — я снова разговариваю с племянником. Громко. Смеёмся. Оказывается, чтобы оживить прошлое, иногда нужно рискнуть окунуться в самое что ни на есть настоящее. Даже если оно выглядит как игровой автомат.